Елена Фролова. Мандельштама нет?
                                  
// "Санкт-Петербургские ведомости", 25 сентября 2009 года, № 180

Петербургский Авторский театр, созданный при поддержке комитета по культуре и МДТ – Театра Европы, на разных площадках города играет спектакль под названием "Мандельштама нет" по воспоминаниям Надежды Яковлевны Мандельштам. Сценическая композиция и постановка Олега Дмитриева. Исполнитель Галина Филимонова (МДТ)

...На сцене немолодая, тяжелая женщина. Прямая, просторная кофта, юбка не короткая, не длинная, мягкие сапоги – может, ичиги. Маленький столик, стул, чемодан. И камни... Рукописи? Груз, который долгие годы довелось таскать по колдобинам жизни?

Ни надрыва, ни патетики. Бесслезные, умные глаза. Даже когда читает стихи – ни грамма актерской аффектации, никакой декламации. Шаг за шагом Галина Филимонова ведет свой рассказ о том, как убивали Мандельштама.

Убивали все. Власть – допросы, ссылки, психушка, доведение до попытки самоубийства, арест, этап, лагерь, смерть. Цензура, наложившая запрет на публикации. Голод, нищета, бездомность. И, наконец, – братья-писатели – доносы, зависть, злость. Павленко, который напросился к знакомому следователю подсмотреть допрос Поэта – и потом, смакуя, рассказывал, как Мандельштам поддерживал спускающиеся брюки (ремни-то отбирали), как путался в ответах, как трусил (это он-то, написавший: "Мы живем, под собою не чуя страны")...

Отношение к воспоминаниям Надежды Яковлевны сейчас неоднозначное даже у людей одного круга. Многие упрекают ее в необъективности. Не желая участвовать в споре, хочу сказать лишь об одном несомненном и очень важном достоинстве – это книги не о человеке, который притом еще поэт, книги о творце, о сути, природе творчества.

С болью и мукой рассказывает свою историю Галина Филимонова. Сосланные в Воронеж, без денег, без теплых вещей в мороз, поэт и его жена постоянно находились в одной комнате. И понимая, что нельзя нарушать потаенность творческого процесса, она просто не могла никуда податься. И актриса как-то беспомощно произносит: разве только лечь на диван и отвернуться.

Мандельштама нет, а те, которые его убивали, живы?

Страшный вопрос. Но есть и другой, который еще больше волнует героиню спектакля. Она сберегла рукописи, она постоянно твердила стихи мужа, чтобы не пропали. Теперь листки отданы, выходят книги. Можно перестать повторять строчки, тем более что память уже не та.

Но нужен ли Мандельштам сегодняшним людям? И горько, горько Галина Филимонова роняет слова: "Не знаю".

На этом можно бы и закончить. Но вот наблюдение. Спектакль первый раз был дан 27 декабря 2008 года, в день гибели Мандельштама. Я видела его и позже. Публика разновозрастная. Зал полон. Даже ставят стулья. И весь час сорок минут монолога актрисы стоит такая напряженная щемящая тишина. Казалось, о чем тут говорить – петербургские зрители на спектакле... Ой ли! Даже в новом зале Мариинского на опере Моцарта случается, что мешают смотреть и слушать вспышки фотоаппаратов, звонки телефонов.

Так, может, действительно, для пришедших на моноспектакль Галины Филимоновой Мандельштам есть?
главная страница
сотрудничество контакты
гостевая книга карта сайта
спектакли
афиша
новости
библиотека
© Авторский театр - Фонд реализации проектов и программ - 2009
Санкт-Петербург